РЫБАЦКИЕ ШУТКИ
Многие нерешенные вопросы можно решить, если забыть о них и отправиться на рыбалку.
Выберите свой регион:
Рыбалка в Тюменской областиРыбалка в Ханты-Мансийском автономном округе - ЮграРыбалка в Омской областиРыбалка в Новосибирской областиРыбалка в Алтайском краеРыбалка в Томской областиРыбалка в Кемеровской областиРыбалка в Республике Алтай (Горном Алтае)Рыбалка в Республике ХакасияРыбалка в Красноярском краеРыбалка в Республике ТываРыбалка в Иркутской областиРыбалка в Республике Бурятия
МенюИнформеры

О рыбалке Яндекс цитирования
ЧИСТЫЙ ИНТЕРНЕТ - logoSlovo.RU
Экстремальный портал VVV.RU Рейтинг рыболовных сайтов ХАПОК РУ
Платная рыбалка и рыболовные базы

Интересное

Главная /  Отчеты о рыбалке /  Как Суровые Сибирские мужики за рыбой ходили…

Отчеты о рыбалке:
Как Суровые Сибирские мужики за рыбой ходили…

Осень наступила, отцвела капуста, птицы полетели в дальние края… А четыре Суровых Сибирских Мужика за рыбой собрались.

Мы — это Командир Андрей, он же фотограф, он же массовик-затейник и главный по сплаву, так как по Иркуту идёт уже в третий раз.

Виктор Саныч — отличный рыболов, душа компании и просто хороший человек.

Сергей — новичок в харюзовой рыбалке и впервые на сплаве, но крепкий и сильный, а главное, самый мудрый из нас.

Андрей — самый молодой из нас, нормальный компанейский парень.

Полноправный участник нашего сплава — «Джонсон» — наша беда и выручка, наш неутомимый трудяга, но о нём немного позже. В общем, компания собралась отличная — ну теперь рыба только держись!

Вначале было слово — только Настоящие Суровые Сибирские Мужики перед отправле-нием проводят маленькое, не больше двух часов, совещание. В итоге, которого всем стало ясно, что мы все-таки едем, и что мы едем сплавляться по Суровой Сибирской Реке Иркут от Анчука до Шаманки.

Что нас ждёт на сплаве, смутно представлял только Командир, остальные честно полагались на его опыт. Сплавляемся в одной пятиместной лодке, а двухместную берём как грузовую — рыбу то нужно на чём-то вывозить.

А из этого следует — вещей берём по минимуму, но с расчётом на прохладную погоду, продуктов берём по минимуму, в расчёте на рыбу, а соль, для засолки рыбы, — по максимуму — 1,5-2 кг на каждого, ну и тару под рыбу соответственно.

Каждый из нас получает распечатку того, что с собой брать и в каком количестве. Главный вопрос, сколько брать спиртного, решается по военному чётко: четыре ночёвки — по 1,5 литра — итого 6 литров + литр на всякий случай.

— Выезжаем сегодня ровно в 17-00 , едем на японском микрогрузовике с двойной кабиной, — вынесли решение и, по военному сверив часы, разбежались собираться, твёрдо помня НЕ БРАТЬ НИЧЕГО ЛИШНЕГО!!!

В 17- 45 микрогрузовик, натужно ревя и коптя двигателем, подъехал к гаражу Командира уже загруженным доверху, а нам нужно было ещё загрузить две лодки, тару под рыбу, жилеты спасательные, вёсла, да вещи командирские, да всякой мелочёвки ещё кучу. Как это всё упаковать в кузове — задачка архисложная, но поплевав на руки и засучив рукава — мы справились с ней. Укутав кузов тентом, мы сурово вытерли пот рукавами, и, перекурив, сели в кабину.

Только мы — четыре Суровых Сибирских Мужика, собираясь на четыре дня порыбачить, сплавляясь по Суровой Сибирской Реке Иркут на двух небольших лодках, способны загрузить вещами грузовик с верхом. На удивлённый вопрос водителя: «А как вы это всё разместите в лодках?», мы, не задумываясь, ответили: «Да нормально всё, как-нибудь разместимся».

И в 18-00, затарившись пивом, четыре Суровых Сибирских Мужика отправились за рыбой. Четыре часа дороги пролетели незаметно, наш японский микрогрузовичок, загруженный до невозможности, бодро тарахтя мотором на спусках и натужно ревя на подъёмах, довёз нас в 22.15 до берега Суровой Сибирской Реки Иркут возле посёлка Анчук. И, после разгрузки, весело просигналив и подмигнув фарами, укатил, оставив нас под потрясающим звёздным небом на поляне, заваленной горой наших вещей.

И понятно стало нам — Настоящим Суровым Сибирским Мужикам — теперь только сплавом, только вниз, только до Шаманки.

Установив палатку, и приняв, по пять капель — для сугреву, мы улеглись спать в прекрасном расположении духа. Ведь завтра нас ожидал первый день сплава, день на воде, день свидания с прекрасной и суровой красотой Иркута. С такими мыслями, убаюканные шумом реки, трое Суровых Сибирских Мужиков уснули, а четвёртый, он был самый умный, купив штаны от термобелья (термобельё же греет), взял спальник толщиной с простынку, рассчитанный на ночёвки при + 20, дрожал всю ночь от холода.

На улице минус был конкретный, даже вода в кружках замёрзла.

Утро первого дня нашего сплава выдалось морозным и туманным. Гора наших вещей, окутанных туманом, выглядела устрашающей Джомолунгмой. Вот здесь мы всерьёз и задумались — как же ВСЁ ЭТО!!! Всё-таки разместить в лодках!?

Но глаза бояться — а руки делают.

Кое-как в задубевшую лодку вставили алюминиевые пайолы, накачали борта и потихоньку загрузили обе лодки.

А утро, Боже мой, какое же изумительное было утро! Туман медленно поднимался вверх, открывая сверкающие всеми красками осени горы. Жёлтые, зелёные, красные и оранжевые деревья, обильно покрытые росой, создавали удивительные картины. Река отливала всеми оттенками — от изумрудно-зелёного до небесно-голубого.

Горы, отражаясь в реке, придавали воде золотистый оттенок. Одним словом — красота, да и только!

Присели, помолчали, фото на память перед отплытием.

Вёсла в руки и отчаливаем. Впереди нас ждёт удивительный сплав, полный опасностей и приключений, порогов и перекатов, стремнин и водоворотов, а самое главное — сказочная, потрясающая рыбалка.

Первая остановка минут через двадцать. Место явно должно быть рыбным.

Прочёсываем реку снастями, вот только досада — не берёт рыба наши наживки. Но Суровых Сибирских Мужиков это нисколько не расстраивает: мы твёрдо знаем, что Виктор Саныч поймает рыбу даже там, где её нет.

В это время к нам подходит местный абориген, сигаретка в зубах, спиннинг метров пять руках и говорит, что здесь рыбы нет, ушла за дальний кордон.

Недолго думая, мы закидываем его в лодку и со словами «показывай, где рыба — а не то…» отплываем от берега. С уважением относясь к нашей суровой компании, Алексей (так звали аборигена) стал рассказывать где, как и на что следует ловить местного хариуса.

Переплыв на другой берег, мы вновь принялись рыбачить. Алексей, ну понятно — он же местный, с первого заброса вытаскивает небольшого хариуса. На душе нам сразу полегчало — рыба есть! Значит, мы её поймаем в любом случае. И в это время Андрей вытаскивает на блесну небольшого таймешонка (грамм 100 — 150).

Даже у нас, Суровых Сибирских Мужиков, дрогнуло сердце: брать такого маленького тайменя — Хозяина Сибирских рек, просто рука не поднималась.

И сфотографировавшись с трофеем, Андрей его отпустил. Понятное дело — за первую пойманную рыбину необходимо выпить, что мы незамедлительно и сделали. Но сделали это по настоящему сурово, мы не стали пить не из кружек, не из стаканов и даже не из бутылки. Только двухлитровый ковш отвечал нашим суровым требованиям.

— «Ну, теперь рыбалка точно попрёт!» — подумал каждый из нас, и дружно взявшись за дело… мы так ничего здесь больше и не поймали.

Не ловится рыба — не беда, ведь впереди у нас более ста километров сплава, и уж никак без рыбы мы домой не приедем.

А впереди нас ожидало первое суровое испытание — Куличья шивера. От одного названия холодок пробегал по спине Суровых Сибирских Мужиков, но Иркут плавно катил свои воды вдоль берегов, постепенно увеличивая скорость, солнце играло в золоте листвы по берегам, а Виктор Саныч с непоколебимым упорством прочёсывал реку «тирольской» палочкой с грузовыми мушками. Бросок следовал за броском, леска тонко свистела то с правого, то с левого борта. Мушки цеплялись за камни и брёвна на дне реки, казалось, ну вот сейчас, ну ещё один заброс и будет поклёвка. Но, увы, поклёвки так и не последовало. А скорость течения всё возрастала, вот уже и видны пенные валы Куличьей шиверы.

— Все на вёсла — сурово сказал Капитан (он же Командир).

Гнутся, скрипят вёсла в руках, сурово и внимательно смотрят вперёд мужики — камень слева, камень справа, только успевай выгребаться. Прошли шиверу нормально — лодку не залили, на камни не сели, ну а как иначе, ведь не на лёгкую прогулку собрались Суровые Сибирские Мужики.

Вдоль всей Куличьей шиверы стоит и рыбачит народ.

На вопрос: «Как рыбалка?» — ответ один: — «Да никак, мелочишка клюёт, да и то редко».

Мы прикинули, значит, рыба стоит дальше и ждёт не дождётся, когда же мы приплывём за ней. Снасти у нас у всех суперские — одних опарышей банок пять или шесть, мухи и верховые, и грузовые, блёсны вертушки и колебалки — ну прям как в фильме у Гайдая: «Щучьи головы копчёные, почки заячьи верчёные, икра красная, икра чёрная…».

А за каждым поворотом реки открывались картины одна краше другой, высоченные, суровые скалы, изумительные песчаные пляжи, тихие заводи и быстрые перекаты. Дух захватывало от такой красоты, вы можете не поверить, но даже у нас, четверых Суровых Сибирских Мужиков, потеплело на душе.

И вот, за очередным поворотом мы видим громаднейшую скалу «Зубкогон», ударившись о которую Иркут поворачивает на 180 градусов и врывается в Зубкогонское ущелье. Решаем остановиться прямо под скалой, немного ниже впадения речки Зубкогон в Иркут. Уж здесь то рыбы точно немеряно.

Сноровисто ставим палатку, разводим костёр, ставим столик и стульчики… А ветер кружит и пронизывает насквозь, из распадка на нас надвигается суровая, чёрная туча — осень показывает свой характер. Накатив по соточке, для сугреву, сурово надвинув на глаза кепки, идём рыбачить. И, как вы уже, наверное, догадались — ничего не поймали, а вся наша рыбалка больше походила на соревнование, кто больше снастей оборвёт. Виктор Саныч — победил. Несколько «тиролек» и настроев осталось в камнях на дне реки.

Командир пробовал рыбачить на верховую, Андрей — на блесну… и всё впустую.

И только Сергей, он же самый мудрый, сказал: «Как только вы хоть что-нибудь поймаете, я сразу же пойду рыбачить, а так просто кидать — извините, поищите дураков в другом месте. Конечно же, как всегда, он оказался прав.

Вечер выдался замечательным: ветер потихоньку утих, тучи поднялись и, не пролив ни капли на наши суровые головы, ушли за горизонт. Весело потрескивали поленья в костре, высекая тысячи искр. И вёлся за чаркой крепкой водочки неспешный разговор: о жизни, о мироздании, о рыбалке и охоте, о работе и политике и, конечно же, о женщинах. А как же без этого? Только на такие темы и могут разговаривать настоящие Суровые Сибирские Мужики.

Первым в палатку уполз Командир, затем Виктор Саныч, а дружеская беседа Сергея с Андреем затянулась почти до утра. Всё обсуждали они проблемы мирозданья и глубины, нет не космоса, а женской души…

Утро выдалось довольно морозным, от реки густыми хлопьями поднимался туман. Гор не было видно совсем, и только Иркут катил свои свинцовые воды всё дальше и дальше, мимо нашей стоянки.

Поёживаясь от холода, мучимый жаждой и сушняком в горле, Командир вылез из палатки, с огромным желанием попить воды или чаю. А Виктор Саныч в это время уже прочёсывал спиннингом реку — ну должен же здесь стоять ленок, обязательно должен. Время бежало, час проходил за часом, а рыба так и не брала…

Вскоре туман стал медленно подниматься, местами стало проглядывать потрясающе синее небо, на склонах скалы Зубкогон застрекотали кузнечики… И так стало хорошо на душе, так стало замечательно, что уж даже и сказать нельзя.

Сегодня нас ждал второй, самый сложный, самый опасный и самый суровый день сплава. А именно — шивера Зубкогонская, порог Малый, порог Большой и Косая шивера…

Глядя на Зубкогонскую скалу, Андрей предложил Командиру подняться на вершину и сфотографировать вид Иркута сверху. Вроде бы и скала не очень большая, да и подъём вроде бы не очень сложный, а вид сверху, наверное, открывается потрясающий…

Сурово сдвинув брови, взяв фотоаппарат, Командир пошёл. Пошёл, как в атаку, пошёл, как на войну. Только Суровые Сибирские Мужики могут в болотных сапогах, да ещё и с похмелья лезть по крутым склонам, покрытым травой и сыпучей щебёнкой, вверх, практически по вертикальной стене. Преодолевая отвесные скалы, цепляясь за чахлые кустики, два Андрея как муравьи ползли наверх.

То, что казалось лёгкой прогулкой, глядя снизу, на деле оказалось очень даже не простым восхождением. Благо, что здравый смысл восторжествовал над нашей суровостью, и мы, остановившись примерно на половине подъёма, сделали серию снимков и стали спускаться. Каждая кошка знает, что спускаться сложнее, чем подниматься, в полной мере это прочувствовали и мы.

А в это время Виктор Саныч, устав обрывать снасти на Иркуте, пошёл с удочкой вверх по речке — явно за ленками или, в крайнем случае, за хариусами. Оно и понятно Суровый Сибирский Мужик всё сделает, чтобы домой вернуться с богатым уловом. А Сергей в это время, пригревшись на солнышке, сладко спал, руки у него во сне дёргались, как будто он подсекал и вываживал крупного тайменя, во сне лицо его светилось таким счастьем, что не поднялась у нас нога, чтобы его разбудить. Спи, Серёженька, сладких тебе снов про рыбалку.

Стали мы потихоньку упаковывать вещи и складывать всё в лодку. Ходили только босиком и разговаривали только шёпотом. Подошёл Виктор Саныч. Посмотрев на его суровое лицо, мы ничего не стали у него спрашивать, и так всё было ясно…

А теперь о «Джонсоне» — это удивительный, замечательный лодочный двигатель мощностью 3,3 лошадиные силы. Бензин, перемешанный с маслом, заливается в бочок ёмкостью 1,5 литра, установленный прямо на двигателе. Движок — супер!!! Но только Суровые Сибирские Мужики, собираясь в более чем стокилометровое путешествие, берут всего ПЯТЬ ЛИТРОВ бензина и чуть более 100 граммов моторного масла. Оно и понятно, бензин же не водка, да и течение всё равно домчит нас до Шаманки в любом случае.

Установив «Джонсона», отчаливаем. До свидания Зубкогон!!!

Сурово взмахнули мы вёслами, и наша лодка с прицепом, увлекаемая быстрым течением, понеслась вперёд — за приключениями.

Пройдя Зубкогонскую шиверу, мы увидели стоянку рыбаков с ПСНом.

Причалили, разговорились. Точно так же, впустую, они уже третий день рыбачат. Вынесли вердикт — рыба ещё ниже. Поэтому довольные и счастливые Суровые Сибирские Мужики поплыли дальше.

Иркут, то замедляя, то ускоряя своё течение, нёс нас вперёд, и мы твёрдо знали — к рыбе, к серьёзной, трофейной рыбалке.

Но до неё ещё нужно было добраться, а первое приключение — вот оно! Иркут медленно и спокойно нёс свои воды на встречу с красавицей Ангарой, погода не просто баловала нас, а лелеяла своим теплом, берега поражали своей красотой…

Тишина и спокойствие

Но, как говорится, «где тонко, там и рвётся». Мы налетаем на камень, большую лодку разворачивает, а капроновый шнур, которым Командир привязал грузовую лодку, рвётся посередине, она уплывает от нас, а мы так и сидим на камне — застряли!!!

Два Андрея выпрыгивают в воду, благо было не глубоко, и сталкивают лодку с камней. Сергей с Виктор Санычем, схватив вёсла, помчались за красиво уплывающей от нас лодкой. А два Андрея бегом помчались по берегу, но у них не хватило скорости, не то что маленькую, но и большую лодку догнать. Видя, что мужики отстали, Виктор Саныч с Сергеем причалили к берегу и забрали бедных, запыхавшихся бегунов.

А до порога Малый оставалось метров 700.

Не опишешь, что тут было, враз мотор мы завели и, схватившись за перила (леера вдоль борта лодки), вслед за лодкою пошли. «Джонсон» добавил нам целых шесть км/в час. И вот мы почти догоняем лодку, а порог Малый уже подхватил нас. Глушим двигатель и на вёслах настигаем нашу беглянку, хватаем её за борт, лишая себя возможности грести с левого борта, и боком входим в Малый порог прямо по центру.

Хватанув изрядную порцию адреналина и приняв холодный душ, со смехом мы помчались дальше. Это было здорово.

Плывём дальше, скучаем, рыбачить пытаемся — кайф, да и только. Командир говорит: «Я здесь третий раз, где Большой порог знаю отлично, всё будет нормально».

Только Настоящие Суровые Сибирские Мужики, идя по карте, да ещё и с GPS-навигатором, могут проспать подход к Большому порогу. Широкая, спокойная река притупила нашу бдительность. Смотрим, какие-то небольшие барашки на волнах, как-то речку после них не видно…

— «… твою мать! Да это же ОН, Большой порог, б…дь, к берегу — гребите, а то трендец будет всем!» — заорал благим матом Командир.

Сурово скрипнули спины, хрустнули кости и, ударив вёслами по воде, Суровые Сибирские Мужики мощно погнали лодку, поднимаясь практически против течения, и причалили к левому берегу, не дойдя нескольких метров до слива в Большой порог.

Спины и даже спасательные жилеты были мокрыми от пота, пар валил от нас, как от загнанных лошадей, руки тряслись от напряжения и нервный смех разбирал всех. Выкурив по сигарете, Суровые Сибирские Мужики пошли смотреть, как лучше пройти Большой порог.

Долго, в глубокой задумчивости, стоял Командир на небольшой скале, глубокие морщины избороздили его чело — ведь отвечал он за всех, кто был рядом с ним, тем сложнее было принять решение.

А сложность прохождения порога в том, что вода была очень низкая, все камни оголились, и проход на большой лодке, да ещё и с прицепом был очень сложным, почти невыполнимым. Но идти то всё равно надо.

Решаем провести маленькую лодку вдоль берега на верёвке. Что два Андрея и сделали, несколько раз всё-таки посадив её на камни и стаскивая.

У Большого порога есть одна удивительная особенность — чем больше на него смотришь, тем страшнее.

Если ширину реки разделить на три части, то проходить лучше всего примерно в одной трети от правого берега. Но вопрос в том, сумеем ли мы выгрести до нужного нам места? Слишком близко стоим мы к сливу в Большой порог…

Оставляем Виктора Саныча на берегу, как фото- видеооператора, и идём к нашей лодке. Теперь нас трое в лодке и «Джонсон». Да «Джонсон», он — наша беда и выручка, он нам поможет (прям как у Ильфа и Петрова: «Заграница нам поможет»).

Заводим двигатель, на удивление завёлся он с пол оборота, проходим середину реки — двигатель глохнет (забыли открыть краник бензонасоса). И как он вообще завёлся — фантастика! Вёсла в руки, выгребаемся ближе к правому берегу, разворачиваем лодку по течению и входим в первый слив, обходим один, другой, третий камень, ещё один слив и вот, кажется, порог пройден, но пара стоячих валов не дают расслабляться.

Ощущение щенячьего восторга и ликование, захватывающее всех нас, перерождаются в победный крик Суровых Сибирских Мужиков, от которого трясутся скалы и осыпается листва с деревьев: «МЫ ПРОШЛИ БОЛЬШОЙ ПОРОГ!!!»

Забрав Виктора Саныча, довольные и счастливые, поплыли дальше. Гордость распирала нас, посмотреть на нас со стороны — так прямо былинные богатыри! Гордая осанка, суровый, уверенный взгляд, вёсла порхают по водной глади, и лодка наша того и гляди выйдет на глиссирование.

Транспортная лодка привязана толстенным канатом.

Суровые Сибирские Мужики — мудрые, они не повторяют своих ошибок и уж такой канат точно не порвётся.

А впереди нас ждал один из красивейших порогов на Иркуте — Косая шивера. Летом, когда Командир проходил её по большой воде, это было полтора километра громадных стоячих волн, лодку качало и швыряло из стороны в сторону, но, благодаря высокой воде, вполне безопасно. Как выглядит Косая шивера по малой воде, Командир себе не представлял …

Поворот за поворотом, то чуть быстрее, то совсем медленно, мы приближались к порогу. Но то, что мы увидели, даже слегка разочаровало Суровых Сибирских Мужиков — разбросанные по всему руслу реки камни торчали тут и там.

Течение всё ускорялось, и нужен был только глаз да глаз, чтобы не напороться на камни. Прохождение Косой шиверы больше походило на горнолыжный слалом.

Но мужики уже почувствовали себя матёрыми сплавщиками и, спокойно пройдя порог, загордились ещё больше. Такая «крутизна» сидела в лодке, что круче и придумать нельзя.

Но скоро только сказка сказывается, да не скоро дела делаются. Благодаря GPS-навигатору мы знали, с какой скоростью идем: на стремнинах она поднималась до 10-12 км/ч, а на плёсах падала до 5-6 км/ч. А когда подул встречный ветер на плёсе, мы поплыли в обратную сторону. Вот здесь то и выручил нас «Джонсон» — добавил он нам скорости километров 5-6 к скорости течения, и мы лихо причалили к берегу, чуть ниже устья речки Левый Бурлик.

Место было замечательным, казалось, что уж в таком-то месте рыбы должно было быть просто несметное количество.

— «Ну, щас мы порыбачим, ну, рыба, держись!» — подумали мужики, но под суровым взглядом Командира вначале поставили палатку, заготовили дров (благо на поляне лежала распиленная на чурки лесина) и развели костёр.

Теперь можно и порыбачить. Накатив по соточке, за хорошую рыбалку, дружно стали закидывать в реку снасти. Кидали — кидали, кидали — кидали, пошли ещё по соточке вмазали. Ещё покидали, ещё вмазали…Хорошо так на душе стало, что даже и рыбачить расхотелось, почти всем… Только Виктор Саныч всё кидал и кидал. Перепробовал все снасти, все наживки, все способы подачи приманок — ну не берёт, хоть ты тресни.

— Мужики, ну что же за ерунда-то такая? Место отличное, снасти отличные — а не берёт? — ворчал он.

А меж тем уже и ночь вступила в свои права, небо усеяли миллионы, или даже миллиарды звёзд. Костёр добавлял тысячи искр, и действительно казалось, что время, проведённое на рыбалке, да ещё и в хорошей компании — самое лучшее время, и не засчитывается оно Богом в счёт жизни…

Далеко за полночь затянулась дружеская беседа, не один котелок с чаем опорожнили мужики, не раз ещё сдвигали они чарки и выпивали за рыбалку. Да и что говорить, каждый, кто бывал в такой ситуации, и без слов поймёт нас.

Утро, Боже мой, какое же замечательное наступило утро.

Утро на Иркуте

Утром снова пытались, хоть что-нибудь поймать — результат такой же, как и вчера — пусто. Решили, что сегодня сплавляться не будем — делаем днёвку, а завтра прямо до Шаманки. Ну — днёвка, так днёвка.

Ещё в городе, перед сплавом, было жёстко определено — выпиваем только вечером. Ни утром, перед сплавом, ни тем более в лодке — НИ КАПЛИ. И это неукоснительно соблюдалось всеми. А если днёвка, значит, мы сегодня никуда не плывём…

Правильно, значит можно немного расслабиться!

Виктор Саныч с Командиром решили пройтись вверх по речке, но как оказалось — напрасно. Пусто было в реке, вроде бы и небольшие омутки глубиной до метра, и плёсы, и перекаты — а всё впустую. Одно радовало: брусники по берегу — ну просто завались. Наевшиеся ягоды, рыбаки вернулись к стоянке и, конечно же, запили всё это дело, и понятно, что только из ковша. На душе сразу повеселело и потеплело.

А день, Боже мой, какой же замечательный был день. Погода баловала нас — солнце припекало, хоть загорай. При легком ветерке, жёлтые листья с шорохом срывались с веток и золотым дождём опускались на воду. Лёгкие перистые облака перечертили небо, создавая затейливые узоры. Красота, да и только. Но некогда любоваться красотой Суровым Сибирским Мужикам — сурово, раз за разом кидают они снасти в Суровую Сибирскую реку… Снасти и наживки меняют каждые пять минут, выпивают за рыбалку — каждые двадцать. Ну не ловится рыба — хоть ты тресни.

Не ловилось, как оказалось только у нас, а Андрей вновь отличился, и опять таймешонок, и опять на блесну.

Понятное дело такого малыша сразу же отпустили.

Между делом провели полную ревизию продуктов и вынесли вердикт: ещё полгода можем так же рыбачить — продуктов хватит, а водки — водки «МАЛОВАТО БУДЕТ!», как говаривал персонаж из мультфильма.

Проводим ревизию дальше — бензина литра 2 — 2,5, моторного масла почти нет (пролилось), а завтра более 50 км. сплава. Вот тут-то и зачесали головы мужики, на сколько хватит бензина? Сколько будем сплавляться? Но, помня поговорку, что утро вечера мудренее, мы успокоились и пошли рыбачить.

Вскоре к нам причалили две лодки, так же с рыбаками. Познакомились, ребята оказались отличными парнями. Так же вчетвером, так же, как и мы, за рыбой, но ещё и за ягодой и за орехом. Разговорились. Сибирские Суровые Мужики всегда найдут общий язык, а главное, всегда помогут: и добрым советом, и бензином, и моторным маслом.

Виктор Саныч на вопрос: «Сколько вам залить масла?», сурово ответил: «Кашу (бензин в смысле) маслом не испортишь, лей больше». Ну и получилось — не бензин с маслом, а масло с бензином.

На душе, как-то сразу, стало легче. Солнце потихоньку опускалось за горы, вечерело, нужно было разводить костёр, и такая была замечательная атмосфера, такая поэтическая, что стихи сами приходили на ум и просились на бумагу.

Дело было к вечеру…
Делать было нечего…
Наш костёр уж прогорал,
А с дровами был провал.
В лес идти мы не хотели,
И на брёвна лишь смотрели.
Те лежали на поляне
И к костру не подползали,
Они сами не пилились
И в костёр наш не ложились.

Тут мы репу зачесали,
Ведь тайменя мы поймали,
После в речку отпускали,
Почему же он теперь
Допускает эту хрень?
А из сказки все мы знаем,
Должен, гад, нам помогать
И желанья исполнять.
Чурки толстые пилить,
А потом в костёр ложить,

Тут мы слышим на полянке,
Где была ребят стоянка,
Затрещала вдруг пила…
С визгом в дерево вгрызаясь,
Сизым дымом обдаваясь,
Стала там дрова пилить,
Нас на мысли наводить…

К мужикам мы подбежали,
Им по чарке наливали
И давай мы их просить
Наши брёвна распилить.
Нам они не отказали,
Брёвна вмиг все распластали.
Ну, за них мы выпивали
И тайменя вспоминали.
Ай да рыба, ай да клад…
Сказки правду говорят.

Ну, а дальше всё и впрямь было как в сказке — в смысле, чем дальше, тем, нет не страшнее, а интереснее.

Командир, после заготовки дров пошёл к соседям, разговорился с ними, ну и, естественно, выпил за знакомство, потом за рыбалку, потом за погоду… А что было дальше, просто невозможно описать. Схватив спиннинг, со словами: «Смотрите, как нужно рыбу ловить», побежал в устье речки. И, бегая по камням, где и днём то с трудом можно было передвигаться, махая спиннингом в разные стороны (непонятно, как он умудрялся забрасывать всё-таки в реку, а не в кусты) действительно поймал среднего хариуса, граммов на 200-250.

А потом и ещё одного, только поменьше. Сразу же устроили фотосессию, каждый почёл за честь подержать в руках такого «великана» и сфотографироваться с ним.

За такую рыбу пили только из ковша — причём все.

День прошёл не зря — рыбалка УДАЛАСЬ. А долгий осенний вечер всё ещё продолжался. Каким бы замечательным не был день, но Её Величество Осень всегда вносит свои коррективы. Просто нереально, чтобы осенью простояло подряд четыре дня хорошей погоды. Небо затянули тёмно-свинцовые тучи, пронизывающий ветер раздувал костёр, взметая к небу искры. А трое Суровых Сибирских Мужиков степенно занимались засолкой РЫБЫ.

Подправив ножи, они вспороли брюхо у хариуса. Просолили его и положили в десятилитровый бидон для засолки. Сурово смотрелся он в огромном бидоне, приваленный тремя пакетами с солью. А маленького пустили на наживку, разрезали на несколько частей и поставили «закидушки» на ночь, в надежде взять «трофейного» налима.

В это время — четвёртый Суровый Сибирский Мужик (Командир) компостировал мозги соседям, рассказывая, как пройти на Соболиные озёра, как и на что там рыбачить. Долго может продолжаться дружеская беседа, да ещё и за чаркой пенною. Много интересного рассказал он, много поучительного узнали ребята, ну а главное, узнали, что «Знает только Гандурас, каково быть Гандурасом».

А у нашего костра возникало легкое волнение — слыша крики про «гандурасов», мужики думали: ну сейчас отхватит Командир звездюлей по полной программе. Но соседи тоже были Суровыми Сибирскими Мужиками, они только посмеивались и подначивали Командира. Сначала один из них, держась за живот от смеха, подполз к нашему костру.

— Я, говорит, уже смеяться больше не могу, все кишки от смеха трясутся.

Затем и другие переместились к нашему костру, и долго, долго ещё общались и с Виктор Санычем, и с Андреем, и с Сергеем. Одного только Командира не было за дружеским столом — победил его Зелёный Змий, свалила его водочка, уполз он в палатку спать. Трижды, перед этим, строго наказав всем: подъём завтра в 6.00, отплываем в 6.15.

А погода всё больше хмурилась и портилась, ледяной ветер гнул кусты и ломал ветки с деревьев, снег пригоршнями летел в лица мужикам, но ничего не могло помешать дружеской беседе. Наговорившись досыта и допив всё, что было, подошли мужики к палатке, а там Командир, выбивая зубами чечётку и трясясь от холода, свернувшись калачиком, лежал на спальнике. Дрогнуло сердце у мужиков, ведь на то они и Суровые Сибирские Мужики, что не бросают товарища в беде.

Втроём они попытались запихать Командира в спальник, но даже у них ничего не получилось. Набросив на него спальник, все улеглись спать. Ночью Командиру стало тесно и жарко и он, не долго думая, вырвав колышки палатки, выполз на улицу, залез в спальник и, укрыв от дождя со снегом голову курткой, сладко уснул. И ни снег с дождём, ни ветер не могли нарушить его крепкий, просто богатырский сон.

В 6.00 Виктор Саныч, как самый ответственный, проснулся. Попытался разбудить мужиков в палатке, но напрасно старался он, лишь могучий храп был ему ответом, а Командира и вообще в палатке не было.

— Ну, Командир, ну мужик!!! Наверное, сейчас костёр разводит, да чай нам варит, — подумал он и, повернувшись на другой бок, сладко уснул.

Примерно в 8.00 утра беспокойство вновь разбудило Виктор Саныча. Что-то долго Командир не зовёт вставать? Высунувшись из палатки, он увидел Командира, сладко спящего в мокром спальнике, слегка присыпанным снегом и не думающего вставать.

А сегодня нам край нужно быть в Шаманке.

Подняв Андрея с Сергеем, они попытались поднять Командира, но, сколько втроём ни бились — не смогли, не добудились. Стали вещи собирать, да всё в лодки паковать.

В 9.30 Командир вылез из спальника, его ещё слегка пошатывало. О том, как он выглядит, он понял, подойдя к соседям. Ответом были четыре стакана водки, молча протянутые к нему, и сочувственные взгляды мужиков.

Но, суровый Командир не стал похмеляться — сегодня сплав, и слово мужицкое твёрже железа: на сплаве НИ КАПЛИ!

А погода стояла премерзкая, шёл снег с дождём, порывы ветра продували насквозь, ледяная вода… И так не хотелась отходить от костра, так не хотелось шевелиться и терять драгоценное тепло…

Но Суровые Сибирские Мужики настолько суровы, что отступает перед ними непогода, а два котелка воды, влитых в костёр, значительно ускоряют сборы. Вещи кладём в рюкзаки, рюкзаки — в мешки, тентом всё мы накрываем и спокойно отплываем.

Загрузив лодки, прощаемся с соседями и отчаливаем. Жилеты одеты, куртки застёгнуты, шапки на глаза и вперёд. Сегодня крайний день нашего сплава. «Ни порогов, ни серьёзных перекатов ничего не ожидается — плыви себе потихоньку и наслаждайся…», — думал каждый из нас. И никто даже не мог предположить — что нас ожидает!

Скоро сказка сказывается, да не скоро дело делается. А у нас и впрямь, как в сказке, чем дальше, тем страшнее.

Течение ниже впадения Левого Бурлика около 4-5 км.в час, и при расстоянии в 50 км — это более десяти часов сплава. Ветер пронизывает насквозь, холод собачий, да тут Командира ещё и похмелье достало. Трясёт его, колотит так, что лодка подпрыгивает. Но ничего — гребёт, греется. Пока течение есть, «Джонсона» не заводим — бережём бензин.

Вода за ночь ещё немного упала, ещё больше камней оголилось в створе реки — глаз да глаз нужен при таком сплаве. А река широкая, спокойная, метров двести в одну сторону, метров триста в другую — плыви себе спокойненько. И ровно посередине реки стоит один единственный камень. Вода, перекатываясь через него, создавала небольшие водоворотики. А мы потихоньку плывём.

— Кажется камень впереди.
— Ну и что?
— Обходить-то будем справа или слева?
— Да хрен его знает?
— Да он ещё далеко.

Пока мы так рассуждали, камень медленно приближался к нам или, наоборот, нас подносило течением к нему
— А может справа?
— А может слева?
— Блин!!! Да быстрее же выгребайтесь!!!

Только матёрые сплавщики, прошедшие множество сложных порогов и перекатов, да ещё будучи Суровыми Сибирскими Мужиками, могут посадить лодку на один единственный камень посередине реки!!! Это, каким же необходимо обладать талантом, чтобы так засесть?

Картина — нарочно не придумаешь. Мы сидим на камне посередине реки, вокруг ни души, и лодка засела очень плотно. Трендец полный. Посидели, посмеялись: типа мы здесь будем жить до весны, до паводка. Ну а с камня-то всё равно сниматься как-то надо. А камень большой, плоский и очень скользкий, и глубина под ним метра полтора. Думали, что грузовая лодка нас стащит, но за камнем почти нет течения — болтается она на верёвке рядом с нами и никуда не тянет.

Делать нечего, Командир, он же за всех отвечает, выбирается из лодки на камень, мужики держат его за шкирку, и начинает лодку приподнимать и сталкивать её с камня. Не опишешь, что тут было: лодка, протирая днище, нехотя сползла с камня. В последнюю секунду, мощным рывком, забрали Командира на борт. Счастливый экипаж в полном составе продолжил свой путь, к новым приключениям.

Река постепенно всё больше выполаживалась, течение становилось тише и медленнее. Вот, и пришло время выходить на передний план нашему «Джонсону». Долго, очень долго он ждал своего звёздного часа. Устав грести, мы попытались запустить двигатель, но видно не по вкусу пришлась ему смесь масла с бензином, дымит, чихает, коптит, кряхтит и не запускается — ну хоть ты тресни.

Мы затаив дыхание, и почти не дыша, просили про себя: «Ну заведись, ну заведись- же, пожалуйста…». Ни в какую. Наконец, пересел к нему «отец» (Виктор Саныч), внутрь тихонько заглянул, что-то где-то подвернул, по бачку поколотил и движочек запустил. Сам обратно пересел, а за румпель Командир сел.

Моторчик весело трещит, лодка по волнам летит — «скорость бешенна у нас, наш движочек просто класс — стучит громко, коптит вонько — семь вёрст в неделю, и только кустики мелькают». Понятное дело, с двигателем намного интереснее, веселее, а главное — быстрее.

А погода не на шутку разыгралась, казалось это уже не осень, а зима вступает в свои права. Ветер гудел и, срывая с поверхности брызги, бросал их нам в лицо. Колючий снег хлестал по нам, и видимость была практически нулевая.

Вот подходим к месту, где река перегорожена камнями по всему руслу, проходы очень узкие, приходится петлять, выворачивать, искать проходы между камнями. И в одном месте, огибая очередной камень, мы вылетаем на другой. Мотор бьётся о камень, ревёт и дымится. Командир пытается его выключить, большую лодку разворачивает, а маленькую затягивает под неё и заливает водой. В большую лодку вода заливается, перехлёстывая через транец. Короче, трендец по полной программе.

Пытаемся раскачать лодку, чтобы сдвинуть её с камня — бесполезно. Андрей пытается оттолкнуть маленькую лодку, и у него зажимает ногу между бортами. Командир вновь вылезает на камень. Виктор Саныч, пересаживается на корму, Андрей, кое-как вытаскивает ногу и отталкивает маленькую лодку, а Командир сталкивает большую, успевая запрыгнуть в неё последний момент. Такого адреналина и экстрима никто прежде не испытывал. В раз забыли и про холод, и про голод. Теперь с утроенным вниманием стали высматривать камни и загодя уводить лодку от них.

С движком, слава Богу, ничего не случилось, и уже через несколько минут он бодро тарахтел, увлекая нас вперёд — до Шаманки оставалось каких-нибудь 10-12 км. А бензина у нас, как говорится, кот наплакал. Будем вырабатывать весь, а потом на вёслах. Сидим и прислушиваемся — тарахтит, работает. А в мыслях просим: ну поработай ещё немного, ну ещё 5-10 минут.

Вот уже и Шаманка видна, виден подвесной мост, и тут двигатель заглох… Тишина сразу обрушилась на нас, да и лодка почти остановилась. Хочешь, не хочешь, а за вёсла всё равно браться приходится. Два километра до моста мы прошли за полтора часа. Грузовая лодка была полная воды и основательно нас тормозила. Но как же было здорово, когда в 16.00, мы причалили возле моста.

Мы дошли!!! Ура!!! Мы молодцы!!!

Ну а дальше всё как обычно — разгрузились, переоделись, сбегали за водкой (кстати, попалась мерзкая катанка) и пивом. Отметили счастливое окончание сплава и поехали домой!!!

Стёпин Андрей
Статья размещена на сайте по просьбе самого автора
Яндекс-реклама
Меню
Дизайн сайта: KOS
 
© ООО "Студия ЛЮКС", 2009-2017. Все права защищены
При копировании материалов обязательна ссылка на сайт